Фил Харрингтон

m13_main.jpg.ead2a94e69834140fdb48be62c4Диапазон апертуры, рекомендованный в этом месяце: телескопы от 10 до 14 дюймов (25–36 см)

Объект: пропеллер в шаровом скоплении М13 со звездной величиной 5,8 и размером 20'

 

В этом месяце мы погрузимся в глубокий космос, чтобы рассмотреть одну из самых впечатляющих целей из каталога Шарля Мессье: M13, Большое шаровое скопление Геркулеса.

Выше: летняя звездная карта из книги Star Watch Фила Харрингтона.
 

Выше: поисковая карта рубрики «Космический вызов» этого месяца, взята из книги Cosmic Challenge Фила Харрингтона. 
 
 
Трудно найти объект более впечатляющий в телескоп, чем шаровые скопления. Каждый шаровик содержит от сотен тысяч до нескольких миллионов звезд, и все они толпятся вокруг ядра, настолько плотного, что попытка рассмотреть отдельные точки бросает вызов разрешающей способности. Тем не менее, вид всё равно впечатляющий.
 
На непритязательный взгляд все шаровые скопления могут выглядеть одинаково. Просто большой звездный шарик, да? Ничего подобного. Если присмотреться, каждый из них имеет свою индивидуальность, и зачастую со скрытыми внутри сокровищами.
 
M13, большое шаровое скопление в могучем Геркулесе, является прекрасным примером вышесказанного. Чтобы заметить, что звезды M13 распределены асимметрично, не нужна двузначная апертура. Восьмидюймовые (20 см) инструменты и даже меньшие покажут расположение звезд в виде кривых или бороздок. Многие сравнивают вид скопления с пауком. Джон Гершель описал кластер как демонстрирующий «похожие на волосы криволинейные ответвления». Позже лорд Росс увидел М13 как «более отчетливо выделяющееся и более яркое, чем ожидалось; необычно окаймляющие шаровидную фигуру отростки, которые разветвляются в окружающее пространство».
 
Просмотр заметок, которые я сделал во время наблюдения в 10-дюймовый телескоп на 58×, вызвал в памяти неровные вереницы звезд, разбегающиеся из плотного ядра скопления. Две тонкие нити, изгибающиеся к западу, особенно бросились мне в глаза. Эти звездные цепочки создают впечатление, что М13 так быстро несется через пространство, что оставляет за собой звездный след.
 
Добавление увеличения на 10 дюймах до 181× выявляет сюрприз, который трудно заподозрить при более низких значениях. Звездные полоски всё так же очевидны, но внутри ядра, к юго-востоку от точного центра, скрываются три тонкие темные дорожки, которые, объединившись, формируют букву Y. Этот комбинированный эффект прозвали пропеллером M13.
 
 

Выше: зарисовка M13 и его пропеллера через мой 10-дюймовый (25 см) Ньютон.
 
Эти необычные полосы, или пропеллер, как многие их называют, были впервые обнаружены Биндоном Стоуни примерно в 1850 году. В то время Стоуни был астрономом, работающим на лорда Росса в замке Бирр в Парсонтауне (Ирландия). После того как исходное наблюдение Стоуни получило огласку, множество наблюдателей подтвердили существование этих уникальных темных провалов с помощью инструментов до 6 дюймов (15 см). Но поскольку фотография снизила потребность в точных визуальных наблюдениях, пропеллер M13 потерялся в свечении яркого ядра.
 

Выше: зарисовка М13 Стоуни. Ширина лопастей сильно преувеличена, но общая форма верная.
 
Уолтер Скотт Хьюстон воскресил темные полосы Стоуни в своей колонке Deep-Sky Wonders в июльском выпуске 1953 года журнала Sky&Telescope. Однако в то время это упоминание вызвало слабый отклик. Но благодаря настойчивости Хьюстона и Добсоновской революции пропеллер стал популярной сложной задачей в 1980-х. Сегодня, еще три десятилетия спустя, множество современных любителей видели пропеллер M13.
 
Большинство фотографий M13 не показывают пропеллер, потому что ядро скопления обычно настолько передержано, что полосы поглощаются свечением. Однако пропеллер можно увидеть, если использовать более короткую выдержку, предназначенную для разрешения ядра. Я сделал приведенную здесь фотографию несколько лет назад через 100-мм апохроматический рефрактор, обзор которого я тогда делал для журнала Astronomy.
 

Выше: на этом изображении, сделанном автором через 100-миллиметровый апохроматический рефрактор, заметен пропеллер M13.
 
Для успешного визуального наблюдения ключевым является увеличение. Возьмете слишком низкое — и полосы останутся скрытыми. Чтобы увидеть полосы своими глазами, дождитесь, когда кластер будет высоко в небе, вдали от какой бы то ни было дымки и светового загрязнения, которые могут заглушить их. В идеальных условиях темные полосы очевидны в 12-дюймовый телескоп. Их соединенные концы напоминают фирменный логотип знаменитого немецкого автопроизводителя, что в очередной раз доказывает, что M13 —  мерседес среди шаровых скоплений.
 
У вас есть свой интересный сложный объект? Я, как и другие читатели, буду рад узнать о нем, а также о том, что у вас получилось с испытанием этого месяца. Пишите сообщения в комментариях к статье или в обсуждении этой рубрики на форуме.
 
Помните, что половина удовольствия — это азарт охоты. Игра началась!
Автор Phil Harrington
Адаптированный перевод с английского RealSky.ru
Публикуется с разрешения автора.
Сайт автора www.philharrington.net
Оригинал статьи на www.CloudyNights.com
 
Книга Фила Харрингтона "Cosmic Challenge", из которой выросла данная рубрика, доступна для приобретения.
Боб Кинг

Tri_big.jpg.44830b3133264b3afa3968fc666cУ каждого сезона свои небесные предвестники. Орион в ноябре предвещает наступление зимы, Большой Квадрат в августе готовит к осенним дням, а мерцание Арктура в марте обещает весну. Предвестником лета можно назвать астеризм Летний треугольник, который составляют Вега, Альтаир и Денеб.

 

Не ложитесь допоздна, и вы увидите возвращение одного из самых знаменитых астеризмов неба — Летнего треугольника. Грядут ночи светлячков под дугой летнего Млечного Пути.
 

Лето начинается рано в звездах любимого астеризма, Летнего треугольника. Три его наиболее яркие звезды — Вега, Альтаир и Денеб (в таком порядке) отмечают вершины почти равнобедренного треугольника с основанием около 2 кулаков шириной и сторонами порядка 3½ кулаков. Почти всё его внутреннее пространство заполняет Млечный Путь.
Stellarium
 
У каждого сезона свои небесные предвестники. Появление Ориона в ноябре на востоке предвещает наступление зимы, Большого квадрата в августе — хруст осенних листьев, а оранжевое мерцание Арктура в марте — это обещание весны. Взглянем на восток, чтобы посмотреть, не готовится ли там еще что-то важное.
 
Недавним вечером, выгуливая собаку, я свернул на восток и заметил Летний треугольник, гигантский астеризм, который практически кричит: «Скоро лето!».
 
Его вершины отмечают три самые яркие звезды сезона — Вега, Альтаир и Денеб. Первой, что появляется на востоке, а также самой яркой является Вега, поднимающаяся среди голых деревьев в апреле. Через пару недель за ней следует Денеб и наконец Альтаир. Таков порядок в средних северных широтах, но с Карибского пляжа Альтаир поднимается чуть раньше Денеба. А если спуститься в австралийский город Перт, порядок полностью поменяется: сначала восходит Альтаир, а затем Вега и Денеб.
 

На этой схеме 1792 года небесного картографа Иоганна Боде яркие и другие примечательные звезды соединены в треугольники, но Денеб остался не у дел. Я обвел Альтаир (верху), Вегу, Полярную звезду и Арктур (слева). Боде упомянул заметный треугольник, образованный Вегой, Полярной звездой и Арктуром. Первая схема, на которой Денеб, Вега и Альтаир соединены в треугольник, появляется на карте Боде 1816 года, но в тексте он о фигуре не упоминает.
Атлас звездного неба И. Э. Боде
 
Самое раннее письменное упоминание Летнего треугольника принадлежит австрийскому астроному Иоганну Йозефу фон Литрову. В опубликованном в 1839 году атласе Atlas des gerstirnten Himmels на странице 4 он пишет (переведено с немецкого):
 
«... можно сразу распознать поразительный, большой равнобедренный треугольник в небе, образованный тремя звездами 1-й величины, а именно Вегой, Денебом и Альтаиром».
 
И хотя Литров не назвал это Летним треугольником, он явно был на верном пути. Треугольное трио снова появилось на странице 41 в путеводителе 1913 года «Звезды и их истории: книга для молодых людей» Элис Мэри Мэтлок Гриффит.
 

Летний треугольник, охватывающий яркую полосу Млечного Пути, около полуночи недавним вечером в Дулуте, штат Миннесота. Вега вверху, Денеб слева и Альтаир справа внизу.
Боб Кинг
 
Перенесемся в поздние 1920-е годы, когда австрийский астроном Освальд Томас назвал эту тройку Grosses Dreieck (Большой треугольник); а к 1934 году он стал уже Sommerliches Dreieck (Летним треугольником). Знаменитый английский популяризатор астрономии Патрик Мур, который скончался в 2012 году, называл группу Летним треугольником в своих книгах и лекциях, начиная с 1950-х.
 
Спустя сто лет и благодаря силе интернета это название стало более известно общественности. Несмотря на то что у объекта нет характерных черт, скажем, Пояса Ориона или Большого Ковша, в итоге распространилось мнение, что троица Вега, Денеб и Альтаир отлично подходит, чтобы начать ориентирование в летнем небе.
 
В конце мая весь астеризм с сияющей Вегой впереди около полуночи пересекает восточный горизонт. Вега возглавляет крохотное созвездие Лиры, полдюжины тусклых звезд в форме небольшой арфы. Если вы когда-нибудь задумывались, как произносится Vega, вы не одиноки. Я говорю VEE-guh («Вига»), но большинство людей предпочитает VAY-guh («Вейга»). Группе начинающих звездочетов я говорю, что можно и так и так. Но правда в том, что еще в 1941 году комитетом Американского астрономического общества в качестве предпочтительного произношения был выбран вариант VEE-guh.
 

Каждая из звезд Летнего треугольника является особенной. Альтаир (17 световых лет) примерно в два раза больше Солнца в диаметре, Вега (25 световых лет) — примерно в три раза, а Денеб (~ 2600 световых лет) — звезда-сверхгигант, в 200 раз больше Солнца. Альтаир и Вега быстро вращаются, что приводит к появлению выпуклости на экваторе. 
Размеры и формы приблизительны.
Боб Кинг
 
Чтобы найти Денеб, самую яркую звезду Лебедя, или Северного Креста, протяните сжатый кулак к небу и посмотрите на два «кулака» левее и ниже Веги. Три кулака правее и ниже Веги  приведут вас к Альтаиру в Орле. Вегу, Денеб и Альтаир легко увидеть даже из небольшого города и пригородных районов, при этом каждая из звезд уникальна и завораживает.
 

Данное изображение Веги и ее пылевого диска сделано космическим телескопом «Спитцер» НАСА в средней части инфракрасного диапазона. «Спитцер» обнаружил, что пылевой диск намного больше, чем считалось ранее.
НАСА / JPL-Caltech / Аризонский университет
 
Вега так быстро вращается, что на экваторе на 23% толще, чем на полюсах. Кроме того, мы смотрим на звезду прямо со стороны одного из ее полюсов, а не сбоку. Денеб пугающе большой и, безусловно, самый яркий из трех звезд. Его видимый блеск +1,25, но если поместить Денеб на место Веги, он будет сиять с блеском –7,8 (это почти половина лунного) и отбрасывать заметные тени. «Денеб» означает «хвост» на арабском языке, что связано с его расположением в хвосте Лебедя.
 
Альтаир является не только нашим ярким соседом всего в 17 световых годах от Земли, но еще и быстро вращается, совершая полный оборот за 8,9 часа. Скорость его вращения в 66 раз выше, чем у Солнца, — 240 километров в секунду, — что составляет значительную долю той величины, которая требуется для саморазрушения. Мне нравится думать, что мой типичный рабочий день практически равен одному обороту Альтаира.
 
Дополнительное удовольствие ждет сельских наблюдателей и тех, кто направляется за город. Летний треугольник обрамляет яркий сегмент Млечного Пути, и если свет Луны не мешает, можно наблюдать эту замечательную, богатую звездами группу, расположенную на восточном небе. Наиболее заметно в ней звездное облако Лебедя, овальное пятно шириной больше сжатого кулака, мерцающее звездами между Денебом и Альбирео у подножия Креста. Бинокль — это всё, что потребуется, чтобы потеряться в этих звездных полчищах.
 

В Северном Кресте можно многое увидеть невооруженным глазом. Помимо бросающегося в глаза звездного облака Лебедя(Cygnus Star Cloud), есть две большие темные туманности: чуть ниже и восточнее Денеба расположен Северный Угольный Мешок(Northern Coalsack), который является частью Большого Провала в Млечном Пути, и еще более очевидная Le Gentil 3 к северу от Денеба, более известная как туманность Воронка. Оба объекта являются массивными облаками затемняющей пыли.
Боб Кинг
 
На небольшом расстоянии к северу от звездного облака вы увидите более темную сторону Млечного Пути — две огромные темные туманности, плотные облака межзвездной пыли, поглощающие и блокирующие свет бесчисленного множества фоновых звезд: Северный Угольный Мешок, облако космической пыли предположительно в 600 световых годах от нас, и длинная, изогнутая туманность Воронкообразное Облако.

В темном наблюдательном месте вид Млечного Пути помогает правильно расставить приоритеты в жизни. Летний треугольник слева в центре.
Боб Кинг
 
Каждый раз, когда я вижу, как три эти яркие звезды тянут за собой сверкающий Млечный Путь, я в волнении предвкушаю грядущие летние ночи. Вы тоже? Я так и думал.
 

О Бобе Кинге
Астроном-любитель с детских лет и давний член Американской ассоциации наблюдателей переменных звезд (AAVSO), Боб Кинг также преподает астрономию и ведет блог Astro Bob. Каждую ночь Вселенная приглашает нас на приключение. Всё, что требуется, это поднять глаза к небу. Подпишитесь на мою следующую книгу «Ночное небо невооруженным глазом» (Night Sky with the Naked Eye на Amazon.com) о тех великолепных объектах, которые можно увидеть в ночное время без специального оборудования.
Оригинал www.skyandtelescope.com
Перевод www.realsky.ru

Рекомендуем:

Потеют окуляры?
map2Грелки на окуляры R-Sky - лучшее решение проблемы запотевания и замерзания окуляров. Узнать подробнее...
Астрономический Капюшон
map2Новинка! Астрономический Капюшон для наблюдений - взгляни по новому на старых знакомых!
Узнать подробнее...

Джерри Лодригасс

Color_NS_main.jpg.af7991a4e0e9f158beeffcДаже если вести астрофотосъемку в самом темном наблюдательном месте на земле, небо на снимке не получится черным. Но от негативного влияния атмосферы можно избавиться при обработке фотографий.

 

В прошлом месяце я обсуждал настройки баланса белого для астрономических изображений, сделанных на цифрозеркальных камерах. Теперь давайте обратим внимание на второй шаг, упомянутый в той статье: вычитание из ваших снимков светового загрязнения для получения изображений естественного цвета.
 

Этот снимок М42 был сделан в достаточно темном наблюдательном месте. «Небо переднего плана» подпорчено засветкой и приобрело красно-коричневый цвет.
 
Цвет ночного неба
Ночное небо отнюдь не является черным, как можно было бы подумать. В самом темном наблюдательном месте на земле вы всё равно сможете легко отличить небо от горизонта. Даже в местах с мягким световым загрязнением небо довольно яркое.
 
Для дипскай-астрофотографии нужна выдержка, достаточно длинная для того, чтобы можно было отделить самые тусклые детали от шума камеры. В результате небо не будет черным. Если установить выдержку, при которой небо получается черным или хотя бы корректируется до черного в процессе последующей обработки, вы потеряете наиболее тусклые детали дипскай-объектов, которые лишь ненамного ярче небесного фона.
 
Проблема в том, что эти длинные выдержки выявляют истинный цвет ночного неба, который обычно выглядит отвратительно красно-коричневым. Этот цвет порождается тем, что я называю «небо переднего плана». Цвет неба переднего плана появляется в земной атмосфере в основном из-за светового загрязнения городских и пригородных мест наблюдения. Но даже в самом темном наблюдательном месте в мире небо может иметь красновато-коричневый или иногда зеленый оттенок из-за свечения воздуха, т. е. естественного светового излучения атмосферы Земли. Объект глубокого космоса снимается через атмосферу, и к изображению добавляется цвет неба переднего плана.
 
Вычитание засветки
Чтобы скорректировать небо переднего плана в наших изображениях, можно вычесть его в программе Adobe Photoshop. Технически вычитание цвета должно производиться на линейных (неотредактированных) данных, хотя я обнаружил, что если делать это после нелинейных корректировок, особой разницы нет.
 

Установка точки черного в Adobe Photoshop. Дважды кликните по инструменту «Пипетка» (eyedropper) и установите его на 35,35,35, затем кликните по пустой области небесного фона.
 
Вот как это сделать.
 
1. Выберите инструмент «Пипетка» (eyedropper) из палитры инструментов и измените размер образца (sample size) на среднее 31×31 (31 by 31 average).
2. Откройте диалог уровней из выпадающего меню: «Изображение» > «Коррекция» > «Уровни» (Image > Adjustments > Levels).
3. Дважды кликните по пипетке черной точки слева.
4. В окне «Выбор цвета» (Color Picker) установите значения R, G, B на 35, 35, 35 и нажмите «ОК».
5. Теперь просто кликните по пустой области небесного фона, где нет звезд или туманности.
 
Вот и всё!
 
Этот метод удалит безобразный красно-коричневый цвет неба переднего плана, вычтя его из изображения, и в результате получится приятный темно-серый фон.

То же изображение М42, что и выше, после вычитания засветки.
 
 
Джерри Лодригасс — астроном-любитель и астрофотограф с 1972 года. Более 30 лет он профессионально занимался фотожурналистикой и спортивной фотографией. На сегодняшний день Джерри является автором, фотографом и ответственным редактором журнала Sky & Telescope. Вы можете ознакомиться с работами Джерри на http://www.astropix.com.
 
Перевод. Оригинал на www.skyandtelescope.com
 
Харольд Сьютер

Startest.jpg.7630430091572882dd646157057Если вы — «типичный» любитель астрономии, обладающий телескопом, то вы наверняка не раз задавали себе вопрос: а насколько качественные изображения он показывает? К счастью, есть простой, но очень точный способ тестирования качества оптики, не требующий никакого специального оборудования.

Если вы — «типичный» любитель астрономии, обладающий телескопом, то вы наверняка не раз задавали себе вопрос: а насколько качественные изображения он показывает? В продаже есть много товаров, качество которых легко оценить. Если вам, скажем, предлагают купить автомобиль, который не может разогнаться быстрее 20 км/час, вы сразу же сообразите, что у него что-то «не так». Но как быть с только что купленным или собранным телескопом, как узнать, «работает» ли его оптика на полную мощность? Сможет ли он когда-либо продемонстрировать те виды небесных объектов, которые вы от него ждете?
 
К счастью, есть простой, но очень точный способ тестирования качества оптики, не требующий никакого специального оборудования. Точно так же, как вам не нужно знать теорию двигателя внутреннего сгорания, чтобы определить, что мотор работает плохо, так и для оценки качества телескопа вам не обязательно быть знакомым с теорией конструирования оптики. Овладев техникой тестирования, о которой пойдет речь в этой статье, вы сможете стать авторитетным судьей качества оптики.
 
ИДЕАЛЬНОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ
Прежде чем начать говорить о качестве, необходимо знать как должно выглядеть в телескоп идеальное изображение звезды. Некоторые начинающие любители астрономии полагают, что в идеальный телескоп звезда всегда должна выглядеть как яркая и резкая точка света. Однако это не так. При наблюдениях с большими увеличениями звезда представляется в виде маленького диска, окруженного серией слабых концентрических колец. Это называется дифракционной картиной. Центральный диск дифракционной картины имеет собственное имя и называется кружком Эри.
 

Так должна выглядеть дифракционная картина в идеальный телескоп. Обратите внимание, что по разные стороны от фокуса дифракционные кольца выглядят совершенно одинаково. В телескопах, имеющих вторичное зеркало(экранирование), в центре расфокусированного изображения появляется темная область. Все иллюстрации, приведенные в статье, были смоделированы с помощью компьютера. На всех иллюстрациях изображение в центре - точно в фокусе, два слева - перед фокусом (ближе к объективу), а два справа - позади фокуса (дальше от объектива).
 
Что является причиной появления этих колец и превращения звезды в диск? Ответ на этот вопрос лежит в волновой природе света. Когда свет проходит через телескоп, он всегда испытывает «искажения», обусловленные его устройством и оптической системой. Ни один самый замечательный телескоп в мире не в состоянии воспроизвести изображение звезды в виде точки, поскольку это противоречит фундаментальным законам физики. Законам, которые невозможно нарушить.
 
Точность воспроизведения изображений, даваемая телескопом, зависит от его апертуры — диаметра объектива. Чем она больше, тем меньше становятся угловые размеры дифракционной картины и ее центрального диска. Вот почему телескопы больших диаметров могут разделить более тесные двойные звезды и позволяют увидеть больше деталей на планетах.
 
Давайте проведем один эксперимент, с помощью которого вы сможете узнать как выглядит дифракционная картина почти идеального объектива. Это изображение и станет тем стандартом, с которым вы впоследствии будете сравнивать реальные дифракционные картины тестируемых инструментов. Чтобы эксперимент прошел успешно, нам понадобится телескоп с неповрежденной и достаточно хорошо отъюстированной оптикой.
 
Прежде всего, возьмите лист картона или плотной бумаги и вырежьте в нем круглое отверстие диаметром 2,5-5 см. Для телескопов с фокусным расстоянием объектива менее 750 мм подойдет отверстие 2,5-3 см, при большем фокусном расстоянии объектива вырежьте отверстие диаметром 5 см.
 
Полученный лист картона надо закрепить перед объективом таким образом, чтобы отверстие, если у вас — рефрактор, оказалось по центру, а если рефлектор — немного с края, чтобы входящий свет миновал вторичное зеркало и растяжки его крепления к трубе.
 
Наведите телескоп на какую-нибудь яркую звезду (например, Вегу или Капеллу), которая в данный момент находится высоко над горизонтом, и установите увеличение в 20-40 раз больше диаметра объектива в сантиметрах. Взглянув в окуляр, вы увидите дифракционную картину — пятно света, окруженное, в зависимости от спокойствия атмосферы, одним или более концентрическими кольцами.
 
Теперь начинайте потихоньку расфокусировать изображение звезды. При этом вы увидите расширяющиеся кольца, зарождающиеся в центре светового пятна, подобно тому, как расходятся волны от камня, брошенного в воду. Расфокусируйте изображение до тех пор, пока вы не увидите 4-6 таких колец. Обратите внимание, что свет распределен по кольцам более или менее равномерно.
 
Запомнив вид дифракционной картины, начинайте двигать окуляр в противоположную сторону.
 
Пройдя точку фокуса, вы вновь увидите расширяющиеся кольца света. Причем, картина должна быть полностью аналогична предыдущей. Изображение звезды по обе стороны от фокуса должно выглядеть совершенно одинаково — это главный показатель качества оптики. Высококачественные телескопы должны давать похожую дифракционную картину по обе стороны от фокуса при полностью открытой апертуре.
 
НАЧИНАЕМ ТЕСТИРОВАНИЕ
Пришло время начать тестирование оптики. Это очень легко сделать: просто откройте полностью объектив, сняв нашу картонку с отверстием. Главная задача — сравнить вид дифракционной картины, даваемой объективом телескопа, по обе стороны от фокуса. На этой стадии уже нет необходимости четко видеть диск Эри, поэтому увеличение телескопа можно уменьшить до величины в 8-10 раз большей диаметра объектива в сантиметрах.
 
Наведите телескоп на одну из ярких звезд, приведя ее изображение в центр поля зрения. Выведите изображение из фокуса, чтобы стало видно 4-8 колец. Не переборщите с расфокусировкой — иначе потеряется чувствительность теста. С другой стороны, если недостаточно расфокусировать звезду, то трудно будет определить причины, порождающие изображения плохого качества. Поэтому в этом моменте важно найти «золотую середину».
 
  Диаметр объектива Диаметр кружка Эри  
Дюймы   
Миллиметры  Секунды ('') 1 24.5 5.4 2,4 60 2.3 3 76.2 1.8 3.2 80 1.7 4 102 1.4 4.3 108 1.3 5 127 1.1 6 152 0.9 8 203 0.7 10 254 0.5 12.5 318 0.4 17.5 445 0.3  
Если вы видите, что дифракционная картина по обе стороны от фокуса выглядит неодинаково, то весьма вероятно, что оптика испытуемого вами телескопа страдает сферической аберрацией. Сферическая аберрация возникает, когда зеркало или линза не в состоянии свести входящие параллельные лучи света в одну точку. В результате изображение никогда не становится резким. Возможен следующий случай: перед фокусом (ближе к объективу телескопа) лучи концентрируются по краям диска, а позади фокуса (дальше от объектива телескопа) — к центру. Это приводит к тому, что дифракционная картина по разные стороны от фокуса выглядит неодинаково. Сферическая аберрация часто встречается у рефлекторов, главное зеркало которых плохо параболизировано.
 
Линзовые объективы рефракторов, помимо сферической, страдают еще и хроматической аберрацией, когда лучи разных длин волн сходятся в разных точках. У распространенных двухлинзовых ахроматов оранжево-красные и голубовато-зеленые лучи сходятся в немного другой точке, чем желтые и темно-красные. Еще дальше от них находится точка фокуса для фиолетовых лучей. К счастью, человеческий глаз не очень чувствителен к темно-красным и фиолетовым лучам. Хотя, если вы наблюдали яркие планеты в большой рефрактор, то наверняка замечали порожденный хроматической аберрацией фиолетовый ореол, окружающий изображения ярких планет перед фокусом.
 
При наблюдении белой звезды, например Спики, хроматическая аберрация будет давать следующую картину: перед фокусом (когда видно порядка трех колец) диск приобретает зеленовато-желтый оттенок, возможно, с красной каемкой. При выдвижении окуляра, как только кольца начнут вновь расширяться после прохождения точки фокуса, в центре картины появится слабая красная точка. При дальнейшем выдвижении окуляра вы вновь увидите зеленовато-желтый диск, но уже без красной каймы, а в центре картины появится размытое фиолетовое пятно.
 
Обратите внимание на еще одну возможную погрешность оптики. Если окрашивание цветом происходит не равномерно, а выглядит как вытянутая полоска в виде маленькой радуги — это может быть сигналом того, что один из компонентов объектива плохо центрирован или наклонен к оптической оси. Однако будьте осторожны — подобную картину может создать атмосфера, действующая как призма, если вы наблюдаете звезду ниже 45° над горизонтом.
 
Чтобы избежать влияния цветовых искажений на результаты теста, рекомендуется воспользоваться желтым фильтром. Это также полезно и при проверке рефлектора, окуляр которого может вносить свои цветовые искажения.
 
НЕ ВИНИТЕ ТЕЛЕСКОП
Качество оптики телескопа не всегда является главным виновником плохих изображений. Поэтому, прежде чем грешить на оптику, убедитесь, что влияние всех остальных факторов отсутствует или сведено к минимуму.
 
Атмосферная турбуленция. В ночи с неспокойной атмосферой изображение звезды дрожит, размывается, делая невозможным какие-либо исследования оптики. Лучше всего отложить тестирование телескопа до следующего раза, когда условия наблюдений будут более благоприятными.
 

Когда атмосфера неспокойна, дифракционные кольца приобретают рваные неровные края с блуждающими остроконечными выступами.
 
Потоки воздуха внутри трубы телескопа. Медленно восходящие потоки теплого воздуха внутри трубы вашего телескопа могут создать искажения, маскирующиеся под дефекты оптики. Дифракционная картина при этом, как правило, имеет с одной стороны вытянутый или, наоборот, плоский сектор. Чтобы устранить влияние потоков воздуха, которые обычно появляются при выносе инструмента из теплого помещения, необходимо подождать некоторое время, дабы температура воздуха внутри трубы сравнялась с температурой окружающего воздуха.
 

Восходящие потоки воздуха внутри трубы - распространенная, но временная трудность.
 
Окуляр. Чтобы производить тест телескопа по звездам, вам понадобится окуляр высокого качества, как минимум симметричной или ортоскопической систем. Если тест телескопа показывает плохие результаты, а еще важнее, если те же результаты показывает чей-то еще телескоп с вашим окуляром — то подозрение должно пасть именно на окуляр.
 
Гпаза. Если у вас дальнозоркость или близорукость, то дляпроведения теста очки лучше всего снять. Однако, если ваши глаза имеют астигматизм, то очки необходимо оставить.
 
Юстировка телескопа. Телескопы, оптика которых плохо отъюстирована, будут показывать плохие результаты при тестировании. Для устранения этого недостатка в телескопах предусмотрены специальные юстировочные винты, позволяющие привести все компоненты системы на одну оптическую ось. Методы юстировки обычно описываются в инструкции к телескопу (смотрите также следующую статью «Как юстировать оптику телескопа-рефлектора»).
 

Если по обе стороны от фокуса вы видите одинаковую асимметрию колец - это верный признак того, что оптика телескопа нуждается в юстировке
Пережатая оптика. Неправильно закрепленная в оправе оптика может вызывать весьма необычные искажения дифракционной картины. Большинство проверенных мной рефлекторов с пережатым главным зеркалом давали дифракционные картины трех- или шестиугольной формы. Устранить этот недостаток можно, немного ослабив винты, крепящие зеркало в оправе.

Чаще всего подобную картину можно наблюдать в телескопе-рефлекторе, главное зеркало которого сильно пережато в оправе.
 
ДЕФЕКТЫ ОПТИКИ
Итак, мы подошли к самому главному вопросу: имеет ли оптика данного телескопа какие-либо дефекты и насколько сильно они выражены? Ошибки оптических поверхностей, вызванные различными причинами, смешиваясь, сказываются на виде дифракционной картины, которая может отличаться от приведенных здесь иллюстраций, на которых показано «чистое» влияние различных дефектов оптики. Чаще всего, однако, влияние одного из недостатков значительно превалирует над остальными, делая оценки теста достаточно однозначными.
 
Сферическая аберрация
Выше мы уже рассматривали этот вид искажений, вызванный неспособностью зеркала или линзы свести параллельно входящие лучи света в одну точку. В результате сферической аберрации, в центре дифракционной картины с одной стороны от фокуса образуется темная область. Однако здесь необходимо сделать одно важное замечание: будьте осторожны, не спутайте сферическую аберрацию с тенью от вторичного зеркала. Дело в том, что в телескопах, имеющих затемнение объектива от вторичного зеркала (рефлекторы, менисковые телескопы), при расфокусировании звезды в центре светового пятна появляется расширяющаяся темная область. Но в отличие от сферической аберрации, это темное пятно одинаково появляется как впереди, так и позади фокуса.
 
Зональные ошибки 
Зональные ошибки — это мелкие углубления или невысокие бугорки, располагающиеся в виде колец на оптической поверхности. От этого недостатка часто страдают оптические детали, изготовленные на станках. В отдельных случаях зональные ошибки приводят к ощутимой потере качества изображения. Чтобы выявить наличие этого дефекта, следует расфокусировать изображение звезды немного больше, чем для других проверок. Наличие одного или нескольких слабых колец в дифракционной картине с одной из сторон от фокуса будет свидетельствовать о наличии зональных ошибок.
 

«Провалы» в дифракционной картине, вызванные зональными ошибками, лучше всего видны при сильно расфокусированном изображении.
 
Завал края
Особый случай зональной ошибки — это завал края. Чаще всего он вызывается чрезмерно сильным давлением на зеркало или линзу во время полировки. Завал края является серьезным дефектом оптики, так как большая доля зеркала или линзы как бы выбывает «из игры».
 
В рефлекторах завал края обнаруживает свое присутствие во время тестирования размытием края центрального диска при сдвиге окуляра ближе к объективу. С другой стороны от фокуса дифракционная картина оказывается неискаженной, так как завал края здесь почти не оказывает влияния. У рефрактора наоборот, центральный диск имеет размытые, неровные края, когда окуляр находится позади фокуса. Но у рефрактора края линз обычно «спрятаны» в креплениях, поэтому на качество изображения завал края у телескопов этого типа сказывается гораздо меньше, чем у рефлекторов.
 

При завале края у главного зеркала резко падает контраст дифракционной картины перед фокусом. Зафокальная дифракционная картина остается практически неискаженной.
 
Астигматизм
Этот недостаток оптических систем проявляется в вытягивании круглых дифракционных колец в эллипсы, ориентация которых различается на 90° по разные стороны от фокуса. Поэтому самый легкий способ обнаружения астигматизма в системе — быстро вдвигать-вы-двигать окуляр, проходя точку фокуса. Причем, слабый астигматизм легче заметить когда звезда лишь немного расфокусирована.
 
Убедившись в наличии следов астигматизма в дифракционной картине, сделайте еще несколько проверок. Часто астигматизм возникает вследствие плохой юстировки телескопа. Кроме того, многие люди имеют астигматизм зрения, даже не подозревая об этом. Чтобы проверить, не являются ли причиной астигматизма ваши глаза, попробуйте покрутить головой, следя, не изменяется ли ориентация дифракционных эллипсов вместе с вращением головы. Если ориентация изменяется — значит виноваты глаза. Проверьте также, не возникает ли астигматизм из-за окуляра, для чего повращайте окуляр по и против часовой стрелки. Если эллипсы тоже начали вращаться — значит виноват окуляр.
 
Астигматизм также может оказаться симптомом неправильно закрепленной оптики. Если вы обнаружили астигматизм у рефлектора системы Ньютона, то попробуйте немного ослабить зажимы главного и диагонального зеркала в оправе. У рефракторов это сделать вряд ли удастся, поэтому наличие астигматизма у этого типа телескопов является причиной предъявления претензий фирме-производителю, неправильно установившей линзы в оправу.
 
Астигматизм в рефлекторах системы Ньютона может возникать вследствие того, что поверхность диагонального зеркала имеет отклонения от плоскости. В этом можно убедиться, повернув главное зеркало на 45°. Посмотрите, изменилась ли ориентация эллипсов на тот же угол. Если нет, то проблема заключается в некачественно изготовленном вторичном зеркале или плохой юстировке телескопа.
 

Большие полуоси эллипсов, вызываемых астигматизмом, поворачиваются на 90° при переходе фокальной плоскости.
 
Шероховатость поверхности
Еще одна распространенная проблема оптических поверхностей — сеть бугорков или впадин (рябь), появившихся после грубой обработки полировальной машиной. В звездном тесте этот недостаток проявляется в резком уменьшении контраста между дифракционными кольцами, а также в появлении остроконечных выступов. Однако не спутайте их с дифракцией на растяжках диагонального зеркала, выступы от которых располагаются через равные углы (обычно 60° или 90°). Вид дифракционной картины, вызванный шероховатостью поверхности оптики, очень похож на дифракционную картину, создаваемую неспокойствием атмосферы. Но есть одно важное отличие — атмосферные искажения все время движутся, то исчезая, то появляясь вновь, а вот ошибки оптики — остаются на месте.
 

Вид дифракционной картины, вызванный шероховатостью поверхности оптики, очень похож на картину, создаваемую неспокойствием атмосферы. Но есть одно важное отличие - атмосферные искажения все время движутся, то исчезая, то появляясь вновь, а ошибки оптики - остаются на месте.
 
 
ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ…
Практически все телескопы обнаруживают более или менее заметные отклонения от идеальной дифракционной картины во время проведения теста по звездам. И это не потому, что все они — плохие инструменты. Просто этот метод является чрезвычайно чувствительным даже к самым незначительным ошибкам оптики. Он более чувствителен, чем тест Фуко или Ронки-тест. Поэтому прежде чем выносить приговор инструменту, подумайте вот о чем.
 
Допустим, самое страшное уже произошло — ваш инструмент не выдерживает проверки по звездам. Не спешите сразу же избавиться от этого телескопа. Возможно, что вы в чем-то ошиблись. Хотя описанные здесь приемы тестирования оптики достаточно просты, они, тем не менее, требуют приобретения некоторого опыта. Попробуйте посоветоваться с кем-нибудь из более опытных товарищей. Попытайтесь протестировать еще чей-нибудь телескоп (опять же, не торопитесь с категоричными заявлениями, если вам кажется, что вы обнаружили какие-то проблемы у телескопа вашего знакомого — не всем подобная «радостная» новость может понравиться).
 
И, наконец, спросите себя, а насколько хорош мой телескоп должен быть? Конечно, все мы хотим пользоваться только первоклассным оборудованием, но можно ли требовать превосходных изображений от недорогой подзорной трубы? Я встречал множество любителей астрономии, получавших громадное удовольствие от наблюдений неба с помощью телескопов, которые имели серьезные дефекты оптики. Другие могли долгое время оставлять пылиться в кладовой инструменты, качество которых приближалось к совершенству. Поэтому здесь хочется повторить одну старую истину: самый лучший телескоп не тот, который показывает идеальные оптические характеристики, а тот, который вы чаще всего используете во время наблюдений.    
 
Харольд Сьютер — американский астроном, автор книги «Star Testing Astronomical Telescopes».
Перевод С. Аксёнов
 
Фил Харрингтон

anten_main.jpg.6f9ff65dec061c44cad15a155Май 2017

Фил Харрингтон

Диапазон апертуры, рекомендованный в этом месяце: средние телескопы от 6 до 9,5 дюймов (15–23 см)

Объект: пара галактик NGC 4038 и NGC 4039

Четыре наиболее яркие звезды в созвездии Ворона сияют не ярче звездной величины 2,6, однако характерный трапециевидный рисунок созвездия в этой области весеннего неба, в остальном небогатой звездами, позволяет ему на удивление хорошо выделяться даже при среднем световом загрязнении.
 
Воспользуемся этим, исследуя одну из наиболее известных пар взаимодействующих галактик: NGC 4038 и NGC 4039, «Антенны».
 

Выше: весенняя звездная карта из книги Star Watch Фила Харрингтона демонстрирует положение сложного объекта этого месяца.
 

Выше: поисковая карта рубрики «Космический вызов» этого месяца, взята из книги Cosmic Challenge Фила Харрингтона. 
 
Именно, мы найдем две галактики, участвующие в смертельном небесном состязании по перетягиванию каната. Каждую из них раздирает гравитация другой. По мере развития событий возросший импульс позволяет галактикам ускользнуть от чужого захвата, чтобы в далеком будущем неизбежно сойтись снова и продолжить борьбу лицом к лицу. И хотя вероятность столкновения отдельных звезд невелика по причине их большого разброса, обе галактики в конечном итоге исказятся до неузнаваемости.
 
Ниже представлено фото из архивов космического телескопа «Хаббл», на котором мы видим облака ярко-розового и красного ионизированного водорода, окружающие синие области звездообразования, переплетенные с темными участками пыли. Скорость звездообразования настолько велика, что Антенны называют «лучистыми галактиками». Однако это не навечно. Они продолжат бороться, обматывая себя друг вокруг друга, пока не превратятся в одну большую эллиптическую галактику.
 

Выше: изображение, сделанное космическим телескопом «Хаббл», использует наблюдательные данные в видимом, а также ближнем инфракрасном диапазоне, полученные с помощью широкоугольной камеры – 3 (WFC3) и усовершенствованной обзорной камеры (ACS).
 
Предоставлено: ESA / Hubble & NASA
 
 
Имейте в виду, что глядя на Антенны, мы в каком-то смысле смотрим в будущее нашего Млечного Пути. Примерно через 4 миллиарда лет, как раз когда в ядре нашего Солнца иссякнет плавкий водород, Млечный Путь столкнется с М31, галактикой Андромеды. Подобно Антеннам, они будут бороться с переменным успехом, в итоге слившись в единую систему, которую многие уже окрестили Млекомедой.
 
В попытках описать необычный внешний вид этой сплетенной пары воображение наблюдателей дошло до предела. Самое распространенное прозвище, которое применяют к прижимающейся парочке — Антенны, из-за двух длинных нитей, похожих на самолетный след, которые на широкоугольных фотографиях простираются от каждой галактики. Эти «антенны» являются результатом приливных сил, поскольку галактики касаются друг друга. Некоторые предпочитают названия «Хвост кольцом» или «Крысиный хвост». Визуально пара больше напоминает запятую, креветку или даже головастика, если смотреть в средне- и высокоапертурные телескопы.
 
В приведенной ниже таблице перечислены индивидуальные характеристики.
 
Объект
Тип
RA
DEC
Зв. вел
Размер
NGC 4038
Галактика
12 01.9
-18 52.0
10.3
3.7'x1.7'
NGC 4039
Галактика
12 01.9
-18 53.5
11.2
4.0'x2.2'
 
Чтобы навестись на Антенны, можно использовать две звезды в теле Ворона. Соедините линией северо-восточную звезду, Альгораб [дельту (δ) Ворона], с северо-западной звездой, Гиенах [гаммой (γ) Ворона], и переместитесь на такое же расстояние в юго-западном направлении. Ориентиром будет прямоугольный треугольник из звезд 7-й величины, который вы встретите на полпути. Продолжайте движение в том же направлении, и вы найдете NGC 4038 и NGC 4039 между двумя звездами 9-й величины. Таким образом, они расположены без малого в градусе на северо-восток от 31 Ворона с блеском 5.
 
При первом взгляде видно лишь одиночное свечение 10-й величины. Это NGC 4038. Есть ли что-то особенное по сравнению с описанием, которое подойдет для тысячи галактик? Ничего, до тех пор, пока не присмотришься. При 100× и выше становится ясно, что здесь что-то не так. Смотрите внимательно, и бесформенное свечение трансформируется в картинку в форме крюка с тусклым удлинением, уходящим к югу. Это удлинение — NGC 4039, светится слабо, с блеском около 11. Вонзающийся с запада темный клин разделяет галактики, как показано на моей зарисовке.
 

Выше: Антенны, зарисованные через 8-дюймовый (20 см) рефлектор автора.
 
С учетом сельского неба, в котором отсутствует охватывающая горизонт дымка, ни та ни другая галактика не кажется однородной. Наоборот, они выглядят комковатыми. Это не иллюзия. Вы видите последствия процесса слияния, огромные области звездообразования, в которых появляются новые солнца, пока мы наблюдаем издали. Наиболее очевидны узелки по краям NGC 4038, северной галактики в паре, хотя едва заметная пятнистость наблюдается и в NGC 4039.
 
У вас есть свой интересный сложный объект? Я, как и другие читатели, буду рад узнать о нем, а также о том, что у вас получилось с испытанием этого месяца. Пишите сообщения в комментариях к статье или в обсуждении этой рубрики на форуме.
 
Помните, что половина удовольствия — это азарт охоты. Игра началась!
 
Автор Phil Harrington
Адаптированный перевод с английского RealSky.ru
Публикуется с разрешения автора.
Сайт автора www.philharrington.net
Оригинал статьи на www.CloudyNights.com
 
Книга Фила Харрингтона "Cosmic Challenge", из которой выросла данная рубрика, доступна для приобретения.
Стив Коу

Внешне Чаша выглядит неброско — в ней нет ярких объектов, но если заглянуть поглубже, можно обнаружить кое-что интересное: NGC 3636 и NGC 3637 — пара галактик, NGC 3511, NGC 3672, NGC 3887 — спиральные галактики, NGC 3957 — линзовидная и NGC 3962 — эллиптическая галактики.

Есть несколько созвездий, которые обнаруживаются, лишь когда я нахожусь вдали от городских огней, и одним из них является Чаша. Если эта область к северу от Гидры легко заметна, я знаю, что попал на хорошую ночь. Христиане видят в этой части неба кубок, которым Иисус пользовался на Тайной вечере. А раньше, до этой истории, греки изображали здесь чашу Олимпийских богов, в которой, должно быть, содержалась манна — пища этих богов.
 
Для дипскай-охотника с телескопом в этой области нет ярких объектов, и всё же есть несколько стоящих целей. Давайте взглянем на них.
 
Название Тип Зв. вел Размер NGC 3511 Галактика 11,6B 6.0'x 1.9' NGC 3636 Галактика 13,3B  2.2'x 1.4' NGC 3637 Галактика 13,5B  2.2'x 2.0' NGC 3672 Галактика 12,10B 3.5'x 1.8' NGC 3887 Галактика 11,4B 3.7'x 2.8' NGC 3957 Галактика 13,0B 3.2'x 0.7' NGC 3962 Галактика 11,6B  3.7'x 2.8'  
NGC 3511 относительно яркая, довольно большая, удлиненная 3×1 с углом наклона 10 градусов, несколько более яркая в центре на 135× в 13-дюймовом Ньютоне. Все наблюдения, приведенные в этой статье, сделаны с этим телескопом. На обоих концах этой галактики есть звезда.

 
NGC 3636 на 165× выглядит довольно тусклой, маленькой, круглой и чуть более яркой в середине.
 
NGC 3637 на 165× относительно тусклая, маленькая, округлая, чуть более яркая в середине. Выглядит практически идентично NGC 3636 в том же поле зрения, а вместе с ярко-желтой звездой 8-й величины эти две галактики образуют маленький треугольник.

 
NGC 3672 довольно яркая, довольно большая, вытянутая 2,5×1 с углом наклона 0 градусов и имеет отчетливо более яркий центр на 165×. Боковое зрение увеличивает галактику в размере.

 
NGC 3887 на 165× выглядит довольно яркой, относительно крупной, немного вытянутой с углом наклона 0, имеет неправильно округлую форму и очень постепенное увеличение яркости к центру. На северо-восточной стороне видна звезда 12-й величины. В одном из лучших мест Аризоны в ночь, которую я оценил в 9/10, на увеличении 220× я увидел в этом объекте намек на структуру перемычки.

 
NGC 3957 довольно яркая, относительно большая, сильно вытянутая (3×1) с углом наклона 0 градусов на 220×. Это симпатичная веретенообразная галактика с довольно высокой поверхностной яркостью. Ядро намного ярче остальной части галактики.

 
NGC 3962 на 165× выглядит довольно яркой, довольно большой, удлиненной 1,5×1 с углом наклона 160 градусов. На 220× яркая середина в этом объекте почти звездоподобная, на высоком увеличении кажется, что постоянно присутствует центральная точка размером меньше 2 угловых секунд.

Автор Стив Коу (Steve Coe).
Публикуется с официального разрешения автора.Перевод на русский realsky.ru
Оригинал статьи на cloudynight.com
 
 
Стив Коу - известный наблюдатель с более чем 30-летним стажем. Автор многих книг по наблюдательной астрономии. Цикл статей «Что наблюдать в...» рассчитан на продвинутых наблюдателей дипскай. Каждая статья - это тур по одному из созвездий с детальным описанием различных объектов, основанным на наблюдениях автора в различные инструменты, от бинокля до 32-дюймового телескопа.
 
Джерри Лодригасс

bb.png.60d295e5cba940adc9813a55d92cb096.Чтобы цвета на ваших фотографиях были максимально близки к естественным, нужно правильно настроить и использовать баланс белого. Например, можно использовать настройку по серой карте.

Что такое баланс белого?
Человеческое зрение отличается замечательной чувствительностью, широким динамическим диапазоном и способностью адаптироваться к цвету различных источников освещения. Наши глаза развивались миллионы лет, чтобы видеть нормальный дневной солнечный свет как «белый». Но они замечательно приспосабливаются и к другим источникам света, с сильным цветовым смещением. Это на пользу нашей выживаемости, потому что позволяет, например, различить цвет змеи в сумерках, чтобы определить ее ядовитость.
 
Цвет естественного света в тени в ясный день очень синий, а свет от лампы накаливания очень красный. Тем не менее, наши глаза легко адаптируются, поэтому в обоих случаях мы видим цвета как обычно. Белый лист бумаги будет выглядеть белым, несмотря на то что в этих ситуациях он отражает свет разного цвета.
 
Баланс белого в камере делает практически то же самое: он регулирует цвет изображения, чтобы компенсировать цветовую температуру источника освещения.
 

Восточная часть Лебедя снята модифицированной цифрозеркалкой. Слева — с использованием дневного или «солнечного» баланса белого, а на правом изображении используется пользовательская настройка баланса белого с дополнительной обработкой.
 
Астрономический цвет
Цифрозеркалки и беззеркальные камеры обычно предлагают широкий выбор настроек баланса белого. Для достижения естественного баланса белого при съемке астрофотографий со стандартной цифрозеркальной камерой лучше всего использовать баланс белого «дневной свет» или «солнечно». В конце концов, вы ведь снимаете через ту же атмосферу, рассеивающую голубой свет.
 
Камеры, модифицированные для получения расширенного красного отклика, которые лучше регистрирует линию излучения H-альфа, требуют ручной настройки баланса белого (CWB). Регулировка баланса белого также требуется при использовании камеры любого типа с фильтром против засветки (при установленном фильтре).
 
Создание ручного баланса белого (CWB)
Установка CWB довольно проста. Можно использовать для съемки кусок белой бумаги, а если требуется более высокая точность — цифровую серую карту. В состав белой печатной бумаги зачастую входят флуоресцентные отбеливатели, реагирующие на ультрафиолетовый свет, который может сместить ваш CWB, поэтому для ответственной работы цифровая серая карта обычно подходит лучше.
 

Цифровая серая карта — лучшая цель для установки точного пользовательского баланса белого (CWB).
 
Сфотографируйте серую карту или лист бумаги в ясный летний полдень. Солнце будет высоко в небе, так что атмосферное рассеяние, которое может исказить цвет, окажется минимальным.
 
Заполните картой весь кадр и следите за тем, чтобы на нее не падала ваша тень. Используйте баланс белого «дневной свет» (или «солнечно») с автоматической  настройкой экспозиции, чтобы получившееся изображение выглядело нейтральным серым, даже если используете белый лист бумаги. Если время от времени вы фотографируете с фильтром против засветки, не забудьте установить его на объектив камеры и сделать еще один снимок бумаги или серой карты с автоматической экспозицией, который будет использоваться для CWB при съемке через этот фильтр.
 

Шкала для калибровки цвета Macbeth снята модифицированной камерой с использованием «дневного» баланса белого (вверху) и CWB (внизу).
 
При съемке модифицированной камерой H-альфа без фильтра снимок получится с красным оттенком. Это нормально, и это как раз то, что будет исправлять CWB. Если же у модифицированной камеры есть сменный УФ/ИК-фильтр, ваш CWB будет достаточно хорош, чтобы модифицированную камеру можно было использовать для обычных дневных изображений, например семейных снимков. Полноспектральные модифицированные камеры требуют фильтра УФ/ИК плюс CWB для дневных изображений.
 
CWB-снимок, сделанный через фильтр против засветки, скорее всего, окажется синим или голубым. Это тоже нормально. Опять же, CWB это исправит.
 
Установка ручного баланса белого камеры
Чтобы использовать изображение серой карты для установки CWB, обратитесь к инструкции вашей собственной камеры. Камеры Nikon позволяют указать изображение в качестве источника для расчета баланса белого в меню настроек, но в других камерах по-другому. Установив CWB, используйте эту настройку всякий раз, когда делаете астрофотоснимки.
 
Я обычно храню кадр CWB для модифицированной цифрозеркалки, а также кадр CWB для  фильтра против засветки на запасной карте памяти. Так что я просто загружаю их в камеру в любую ясную ночь, когда готов сделать несколько астрофото.
 
Результаты
CWB сделает цвета в вашей камере максимально близкими к естественным. Но вы увидите, что цвет неба на длинных выдержках будет по-прежнему отвратительного красно-коричневого цвета. Не паникуйте — всё правильно! Это истинный цвет ночного неба. Красно-коричневый цвет возникает из-за светового загрязнения в месте наблюдения, а возможно, и из-за собственного свечения атмосферы под темным небом.
 
Этот цвет неба нужно будет вычесть при обработке изображения. Когда он будет удален, цвета звезд и астрономических объектов окажутся настолько близкими к правильным, насколько позволяет используемая вами технология.
 

Летний Треугольник снят модифицированной камерой с применением пользовательской настройки баланса белого и последующим вычитанием небесного фона в программе Photoshop.
 
 
Джерри Лодригасс — астроном-любитель и астрофотограф с 1972 года. Более 30 лет он профессионально занимался фотожурналистикой и спортивной фотографией. На сегодняшний день Джерри является автором, фотографом и ответственным редактором журнала Sky & Telescope. Вы можете ознакомиться с работами Джерри на http://www.astropix.com.
 
Перевод. Оригинал на www.skyandtelescope.com
Фил Харрингтон

Leo1.jpg.09a75dbae1bc23e177b6806c20cc48c

Апрель 

Диапазон апертуры, рекомендованный в этом месяце: гигантские телескопы от 15 дюймов (38 см) и выше

Объект: Leo I 

Семь десятилетий назад, просматривая фотопластинку Паломарского обзора неба вокруг блистательного Регула во Льве, астрономы Роберт Харрингтон (мой однофамилец) и А. Дж. Уилсон заметили тусклое световое пятно всего в полутора секундах севернее звезды. Поначалу они подумали, что свечение — всего лишь внутренний блик в объективе, вызванный побочным звездным светом, но вскоре стало очевидно, что они обнаружили нечто очень реальное.
 

Выше: весенняя карта из книги Star Watch Фила Харрингтона демонстрирует положение сложного объекта этого месяца.
 

Выше: поисковая карта рубрики «Космический вызов» этого месяца, взята из книги Cosmic Challenge Фила Харрингтона. Кликните по ссылке, чтобы загрузить версию для печати. 
 
Сегодня их находка известна нам как Leo I, одна из множества тусклых карликовых сфероидальных галактик, вращающихся вокруг Млечного Пути. Полная масса Leo I эквивалентна всего лишь 20 миллионам солнечных масс. Это капля в галактическом море по сравнению с Млечным Путем, который можно сравнить с 600 миллионами солнечных масс.
 
Карликовые сфероидальные галактики представляют собой нечто загадочное. Подобно эллиптическим галактикам, они демонстрируют очень мало признаков туманности или звездообразования. Звезды Leo I, как и многих других карликовых галактик,  содержат крайне малую долю тяжелых элементов, т.е. элементов тяжелее водорода и гелия. Это говорит о том, что звезды эти очень старые, ведь в молодых более тяжелые элементы присутствуют в изобилии. Карликовые галактики, однако, содержат необычайно много темной материи. Более того, несмотря на весовую категорию, в карликовых сфероидальных галактиках больше темной материи, чем у любого другого типа галактик во Вселенной.
 
В исследовании под названием «Приливная эволюция дисковых карликовых галактик в потенциале Млечного Пути: формирование сфероидальных карликов»*, которое было проведено Ярославом Климентовским из Астрономического центра Николая Коперника в Варшаве (Польша) и его коллегами, предполагается, что карликовые сфероидальные галактики начинают жизнь в гало темной материи. Время от времени карликовые галактики вращаются вокруг и проходят вблизи более крупных галактик, с которыми они связаны гравитационно. При каждом близком проходе карлик лишается некоторой части своей первоначальной массы, включая звездообразующую туманность. И хотя эти самоубийственные маневры срывают облака межзвездной материи, гало темной материи остается по большей части нетронутым.
 
В созвездии Льва есть две карликовые сфероидальные галактики под названием, соответственно, Leo I и Leo II. Найти Leo I не проблема: просто наведитесь на Регул и посмотрите на 20' севернее.
 
Что такое? Вы его не видите? Не удивлен. Хотя совокупный блеск Leo I составляет 10, его поверхностная яркость ближе к 15-й звездной величине. Этого удручающе низкого значения в паре с ослепительным блеском Регула достаточно, чтобы скрыть от взгляда Leo I. Так и произошло со всеми классическими наблюдателями, например Мессье, Мешеном и Гершелями.
 
Успешное обнаружение Leo I потребует небольшого планирования. Для начала переключитесь на достаточно высокое увеличение, чтобы можно было вывести Регул за пределы поля зрения. Однако не поддавайтесь искушению использовать слишком большое увеличение, потому что слабое свечение галактики легко растворяется в звездном фоне. Leo I охватывает около 10', т.е. в радиусе простирается примерно на 1/4 пути до Регула.
 
Имейте в виду, что после наведения на Регул ваш «рабочий глаз» больше не будет полностью адаптированным к темноте. Поэтому нацельтесь на Регул другим глазом и уберите звезду из поля прежде, чем переключитесь назад. А теперь сравните вид с моей зарисовкой ниже. Заметили пару звезд 12-й величины неподалеку от северо-восточного края галактики, а также треугольник из звезд с блеском 12 на северо-западе? Поместите их с краю поля, а затем медленно просматривайте область снова и снова, пока не увидите смутное овальное свечение галактики. Помните, что оно окажется довольно большим в поле зрения.
 

Выше: Leo I, зарисовка через 18-дюймовый (45,7 см) рефлектор автора.
 
Для наблюдения Leo I в мой 18- дюймовый рефлектор лучше всего подходит 10-мм окуляр Tele Vue Radian. Комбинация дает увеличение 206× с истинным полем зрения порядка 17'. И хотя Leo I занимает приличный кусок поля зрения, по краям остается достаточно открытого неба, чтобы идентифицировать галактику.
 
Выискивая Leo I, обратите внимание на IC 591, маленькую спиральную галактику всего в 15' западнее. Ищите крошечное тусклое пятнышко к западу от очень слабой звезды.
 
Используя правильный окуляр и зная поле, вы сможете сравнительно легко добавить этот объект в список своих побед. Но не будьте слишком самонадеянны. Обнаружение его брата, Leo II — даже более сложная задача. Однако оставим это для будущей статьи.
 
У вас есть свой интересный сложный объект? Я, как и другие читатели, буду рад узнать о нем, а также о том, что у вас получилось с испытанием этого месяца. Пишите сообщения в комментариях к статье или в обсуждении этой рубрики на форуме.
 
Помните, что половина удовольствия — это азарт охоты. Игра началась!
 
*«Tidal Evolution Of Disky Dwarf Galaxies In The Milky Way Potential: The Formation Of Dwarf Spheroidals», Jaroslaw Klimentowski, Ewa L. Lokas, Stelios Kazantzidis, Lucio Mayer, and Gary A. Mamon [Mon.Not.Roy. Astron.Soc. 397 (2009)] .
 
Автор Phil Harrington
Адаптированный перевод с английского RealSky.ru
Публикуется с разрешения автора.
Сайт автора www.philharrington.net
Оригинал статьи на www.CloudyNights.com
 
Книга Фила Харрингтона "Cosmic Challenge", из которой выросла данная рубрика, доступна для приобретения.
Фил Харрингтон

j900.jpg.ebc405d625a563eda5bdc95482c6d40Март

Диапазон апертуры, рекомендованный в этом месяце: гигантские бинокли  и телескопы от 3 до 5 дюймов (7,5–12,7 см)

Объект: Jonckheere 900

 

Немногие астрономы-любители знакомы с именем Роберта Джонкхиера. Это французский наблюдатель двойных звезд, который за свою шестидесятилетнюю карьеру провел исследования в целом ряде обсерваторий, включая Страсбургскую во Франции, Гринвичскую королевскую в Англии, а также в обсерваторию Макдональд в Техасе. Работа всей его жизни в 1962 году увенчалась публикацией Общего каталога 3350 двойных звезд — расширенной версии его более ранней работы: «Перечень и параметры двойных звезд, обнаруженных визуально с 1905 по 1916 год в пределах 105° от Северного полюса, с разделением ниже 5"».
 

Выше: зимняя карта из книги Star Watch Фила Харрингтона демонстрирует положение сложного объекта этого месяца.
 

Выше: поисковая карта рубрики «Космический вызов» этого месяца, взята из книги Cosmic Challenge Фила Харрингтона. Кликните по ссылке, чтобы загрузить версию для печати. 
 
Одна из этих 3350 двойных звезд, представленная здесь, особенно интересна. В 1912 году, используя 13-дюймовый рефрактор в обсерватории Лилльского университета во Франции, Джонкхиер обнаружил смутную, расплывчатую пару, погруженную в планетарную туманность. В следующем году Джонкхиер заявил об открытии в журнале Astronomische Nachrichten (том 194, стр. 47) и включил его в свой каталог под номером 900.
 
Удивительно, что последующие наблюдения Эдварда Эмерсона Барнарда в 1913 и 1915 годах через 40-дюймовый рефрактор Йеркской обсерватории выявили планетарку, но не обнаружили никаких признаков двойной звезды. Барнард описал туманность как «довольно яркий, неопределенный, голубовато-белый диск; возможно, чуть ярче в передней части... нет центрального сгущения и никаких следов центральной двойной звезды» (Astronomical Journal, т. 30, выпуск 719, стр. 208–208; 1917). Это странно, так как Джонкхиер, опытный наблюдатель, явно описал, что видел две звезды внутри туманности. Как он мог так ошибиться?
 
Планетарная туманность Джонкхиера, сокращенно J 900 в большинстве ссылок, находится в созвездии Близнецы и является достаточно яркой, чтобы можно было разглядеть ее в направленный прямо на нее 4-дюймовый телескоп. Навестись на J 900 задача несложная, благодаря ее заметному местоположению у ног Близнецов. Начав с Альхены [гаммы (γ) Близнецов], переместитесь на северо-запад к 23 Близнецов и далее к 20 Близнецов, обе звезды сияют с блеском 7. Далее двигайтесь на запад к астеризму из звезд 8-й величины в форме перевернутого воздушного змея, для этого перелетите на полградуса к западу от 20 Близнецов и затем еще на 45' западнее к ромбу из солнц 9-й величины. J 900 находится в 10' к западу от этой четверки. Всего в 11" юго-западнее планетарной туманности расположена несвязанная с ней звезда с блеском 12,5, что на первый взгляд выглядит как широкая двойная. Однако Джонкхиер в своем сообщении об открытии докладывал не об этой иллюзии.
 
Самая большая проблема J 900 не в ее тусклости, а скорее в том, насколько она мала. В мой 4-дюймовый рефрактор на 40× планетарка весьма успешно маскируется под очередную слабую звезду, проявляя истинную природу лишь при мигании узкополосным или O-III фильтром. На увеличении 200× появляется намек на крошечный диск, хотя разглядеть точную форму невозможно. Центральная звезда 16-й величины также значительно ниже порога обнаружения.
 

Выше: зарисовка J 900 в 4-дюймовый рефрактор автора.
 
Итак, что же на самом деле видел Джонкхиер? Ключ к разгадке в отчете Барнарда. В своем описании Барнард отмечает, что туманность выглядит неравномерно подсвеченной. При рассмотрении в большие телескопы J 900 демонстрирует странно прямоугольную форму, которую подчеркивают два ярких противоположных лепестка, один на западе и один на востоке. По всей вероятности, это и видел Джонкхиер. Он просто неверно интерпретировал две яркие зоны как двойную звезду.
 
У вас есть свой интересный сложный объект? Я, как и другие читатели, буду рад узнать о нем, а также о том, что у вас получилось с испытанием этого месяца. Пишите сообщения в комментариях к статье или в обсуждении этой рубрики на форуме.
 
Помните, что половина удовольствия — это азарт охоты. Игра началась!
 
Автор Phil Harrington
Адаптированный перевод с английского RealSky.ru
Публикуется с разрешения автора.
Сайт автора www.philharrington.net
Оригинал статьи на www.CloudyNights.com
 
Книга Фила Харрингтона "Cosmic Challenge", из которой выросла данная рубрика, доступна для приобретения.
Стив Коу

Малый Пес имеет немало достоинств: Процион — двойная звезда, NGC 2350 и NGC 2485 — галактики, NGC 2394 — рассеянное скопление,  Abell 20 и Abell 24 — планетарные туманности.

По сравнению с расположенным неподалеку Большим Псом его «младший брат» выглядит довольно невзрачно. Тем не менее, в Малом Псе есть несколько объектов, на поиски которых стоит потратить время. Наиболее заметным является Процион, и я сохраню его напоследок.
Название Название 2 Тип Зв.величина размер NGC 2350   Галактика 13,8B 1,4'x0,7' NGC 2394   Рас. скопление --- 8' NGC 2485   Галактика 13,10B 1,6'x1,5' Abell 20   Планетарная тум. 16,3 1,1' Abell 24 PK214 + 7.1 Планетарная тум.  13,6 6' Процион PK217 + 14.1 Двойная звезда 0,37    
NGC 2350 очень тусклая, маленькая, удлиненная 2×1 с углом наклона 110 градусов, лишь чуть более яркая в середине. Эту небольшую галактику довольно трудно рассмотреть на 100× в 13-дюймовый телескоп.

 
NGC 2394 — довольно тусклое рассеянное скопление на северо-западе от эты Малого Пса. На увеличении 100× в 13-дюймовом Ньютоне его не назовешь ни богатым, ни плотным, оно довольно крупное и совсем немного уплотненное. Это скопление состоит из 12 звезд с блеском 10 и 11. Оно не слишком хорошо выделяется из фона, и у вас может возникнуть вопрос: «Почему я должен смотреть на такое посредственное скопление?». Я считаю, что для того, чтобы понять, как выглядит богатое скопление, и по достоинству оценить кластер, демонстрирующий поистине изумительный вид, например M41 или NGC 2360 в Большом Псе, нужно уделить некоторое время бедному скоплению. Тратить целую ночь на подобный тип скоплений я не готов, но некоторые из них помогут осознать, как выглядит в ваш телескоп богатое скопление.

 
NGC 2485 даже на 200× в 11-дюймовый Шмидт-Кассегрен выглядит маленькой. В среднестатистическую ночь я вижу галактику очень тусклой, маленькой, круглой, чуть более яркой в середине. На низких увеличениях соседство со звездой 12-й величины делает ее похожей на двойную.

 
Abell 20, или PK214 + 7.1 — одна из тусклых планетарных туманностей, которые Джордж Эйбелл обнаружил на пластинах Паломарского обзора в 1950-х годах. Все они являются объектами низкой поверхностной яркости. На 100× в 13-дюймовый телескоп планетарка выглядит крайне тусклой, довольно маленькой, круглой, без увеличения яркости в середине, с двумя очень тусклыми звездами в северной части. Фильтр UHC мало помогает, здесь не так много фотонов для фильтрования. Сохраните эту сложную туманность для темной ночи вдали от городских огней.

 
Abell 24 (PK217 + 14.1) трудно наблюдаема в среднестатистическую ночь. Я так говорю, потому что наблюдал эту планетарку два дня подряд. Первой ночью я оценил прозрачность неба в 6 из 10, что означает видимость Млечного Пути, но не лучшее место в 50 милях от огней Феникса. На 100× в 13 дюймов туманность была заметна лишь боковым зрением. Она была очень тусклой, довольно крупной, круглой, без яркой середины и демонстрировала две 
очень тусклые звезды. Повышение увеличения до 150× отчасти помогло, но планетарка была всё еще не устойчива, видна примерно 30% времени. Фильтр UHC совсем не помог.
А вот перемещение следующей ночью еще на 50 миль дальше от огней сыграло большую роль. Планетарка была по-прежнему тусклой, но уже не сложной. В хорошую ночь UHC повысил контраст.

 
Процион — знаменитая и трудная двойная звезда. Много лет назад я построил 18-дюймовый Ньютон f/6. Несмотря на то что настроить его и начать работу было непросто, виды оказались превосходны! Используя 320× в ночь с устойчивостью атмосферы 8 из 10, я смог разделить эту пару на очень яркий первичный компонент и довольно тусклый вторичный. Было нелегко, но без сомнения просматривался очень тусклый компаньон к северу от первичного с блеском 1. Смещение Добсона, чтобы сохранить объект в поле зрения, реально помогает увидеть компаньона. Думаю, что помогло и спокойствие атмосферы, характерное для глубокой ночи.
Я провел это наблюдение в середине 1980-х годов, когда две звезды были максимально отдалены друг от друга. Орбита Проциона составляет около 40 лет, так что вам нужно подождать еще 10 лет, чтобы получить шанс разделить эту пару первой и двенадцатой величины.
 
Все изображения в статье с обзорной фотопластинки POSS (Паломарского обзора неба), полученной с использованием 48-дюймовой камеры Шмидта на горе Паломар.
Автор Стив Коу (Steve Coe).
Публикуется с официального разрешения автора.Перевод на русский realsky.ru
Оригинал статьи на cloudynight.com
 
 
Стив Коу - известный наблюдатель с более чем 30-летним стажем. Автор многих книг по наблюдательной астрономии. Цикл статей «Что наблюдать в...» рассчитан на продвинутых наблюдателей дипскай. Каждая статья - это тур по одному из созвездий с детальным описанием различных объектов, основанным на наблюдениях автора в различные инструменты, от бинокля до 32-дюймового телескопа.